Считается, что от рождения в человеке заложен определенный набор привычек и умений, дополнить или изменить его крайне трудно. Потому зажатый от природы человек практически не может стать душой компании. Однако все может изменить разговор на другом языке — он формирует новую субличность. Как это работает на практике — рассказала Марина Радько, преподаватель испанского языка, переводчик с 18-летним опытом работы, основатель клуба испанских языка и культуры, автор образовательных языковых курсов.
— Марина, что такое языковая субличность?
— Вас посещала мысль о том, что в прошлой жизни вы были кем-то другим, и эти прошлые личности живут в вашей душе, иногда давая о себе знать? В таких случаях мы говорим: «Наверное, в прошлой жизни я был рыбой, раз так люблю плавать в море».
Так вот — как и предполагаемые личности из прошлого, у каждого из нас есть языковые субличности. Они более реальны, чем первые, и их количество ограничено только числом языков, на которых мы говорим.
Дело в том, что язык — не просто средство коммуникации. Это огромный пласт культуры и истории. Он создавался миллионами людей, в чьих устах он развивался и жил. Это призма, через которую мы смотрим на мир. Меняя эту призму, мы меняемся сами.
Изучая новые языки, мы знакомимся с иными мирами, видим совершенно другой взгляд на жизнь. Говоря на них — открываемнеизведанные грани своей личности, наше поведение меняется. Другой строй языка — это иное построение реальности, которое поражает новизной и очаровывает.
— Как это выглядит в обычной жизни?
— Приведу пример. В баскском языке есть слово, обозначающее ситуацию, когда вы уставились на человека, пока вы он ест, в ожидании, что он поделиться с вами. Значит, баски и правда часто так делают.
В эскимосском — 500 слов до обозначения белого. Значит, эскимосы различают не просто оттенки этого цвета — для них это разные цвета.
В испанском и ждать, и надеяться — esperar, а видеть сны или мечтать — so?ar. Получается, что испанцы не делают различия между этими понятиями. Видите, как по-разному мы смотрим на мир через язык?
Я например всегда была очень стеснительным ребенком. Не решалась разговаривать с людьми, а подростком до ужаса боялась мальчиков. Если ко мне приближался кто-то из них, я краснела, как помидор, потела, язык начинал заплетаться. ?
Но я обожала итальянский. И долгое время моей самой безумной, отчаянной мечтой было побывать в Италии и увидеть настоящих итальянцев. Когда это случилось в 9 классе, думала, что просто умру от счастья. ?
?
Италия оказалась еще прекраснее, чем я ожидала. А итальянцы были такие открытые, эмоциональные, так восхищались моим итальянским… И тут случилось чудо. Я переродилась, превратилась в другую девочку. Из до боли стеснительного и зажатого подростка стала вдруг открытой, говорливой, жестикулирующей итальянкой. ?
?
Я говорила — и наслаждалась своей речью. Тем, как произношу эти певучие звуки, как нужные слова приходят в голову в нужный момент. Ушло стеснение, скромность. Я могла говорить часами с кем угодно. Я приставала к таксистам, к продавцам, чтобы поговорить с ними на итальянском. ?
?
Так поняла, что во мне живет совсем другой человек. Вернувшись в Россию, я превратилась обратно в зажатого, пугливого подростка. Но стоило мне встретить итальянца — и я становилась иной. Когда я говорила на итальянском, у меня вырастали крылья, и все на свете переставало существовать. ?
?
Во мне выросло мое второе «Я», моя языковая субличность, итальянка во мне. Но есть еще испанка, француженка и англичанка. ?
— Получается, в зависимости от языка проявляющиеся у субличности черты могут различаться?
?
— Верно. Говоря на итальянском, я становлюсь более экспрессивной, на английском — более сдержанной, на французском — более манерной. А на испанском снимаются барьеры. Сразу хочется громко рассуждать, танцевать фламенко и пить сангрию, чтобы подольше поболтать на этом расслабленно - небрежном и грубоватом языке, узнавая свое другое «Я».
Вот почему я утверждаю, что учить новый язык — это не только открывать для себя новый мир, но и открывать нового, поразительного себя. ?
В завершение Марина Радько, преподаватель испанского языка, переводчик с 18-летним опытом работы, отметила, что, говоря на новом языке, мы перенимаем манеры, жестикуляцию, даже привычки и образ мыслей его носителей, пропускаем через себя и становимся отчасти иностранцами. Потому не стоит откладывать изучение других языков — напротив, надо стремиться открыть в себе как можно больше скрытых сторон.
ТГ канал Марины Радько: https://t.me/espanolmarin