В конце октября завершился XVI саммит стран БРИКС, объединивший делегации более 35 стран и шести международных организаций. Основной повесткой саммита стала международная политика и выстраивание сотрудничества между странами-членами объединения, а также дискуссия о статусе его потенциальных участников. Также Россия выдвинула ряд экономических инициатив, в числе которых оказались создание инвестиционной платформы для поддержки развития стран-участниц и государств Глобального востока и юга, зерновой биржи, логистической платформы и многое другое. Эти амбициозные планы потребуют сосредоточения большого количества ресурсов и, казалось бы, неоправданно дороги. Зачем вообще нужен БРИКС при существующих международных институтах — ООН, G7 и других?
Сама идея создания БРИКС в 2009 году подразумевала формирование международного института, который в перспективе должен был стать альтернативой G7 (тогда еще бывшей G8), которое действовало исходя из интересов стран ЕС и США. Россия, в тот момент еще входившая в состав «Большой восьмерки», к тому времени уже вполне осознала необходимость перемен в сложившемся балансе сил. При учете того, что страны-участницы БРИКС и его партнеры занимают более 2/3 площади мира, а их совокупный ВВП превышает показатели G7, довольно логичным представляется создание представительства большинства населения планеты. Объединения родилось по инициативе нашей страны и изначально было направлено на решение экономических задач.
Как частный пример неравенства на международной арене, породившего БРИКС, можно рассмотреть историю применения хризотилового асбеста в мире. Дело в том, что до конца XX века в мире активно использовали асбест — волокнистый минерал, из которого производят более 300 видов промышленной продукции. Европа использовала в основном амфиболовый асбест, а Россия, Индия и Китай — хризотиловый. 
В начале столетия ученые доказали, что амфиболовый асбест является причиной возникновения тяжелых заболеваний. Он обладает устойчивостью к кислоте, и не выводится из легких, со временем разрушая ткани и провоцируя болезни. Хризотил же не обладает устойчивостью к кислоте — он представляет собой гидросиликат магния, который альвеолярные макрофаги, клетки-уборщики легких, растворяют и выводят из организма за короткий срок.
Когда амфиболов не стало, страны ЕС столкнулись с проблемой — часть рынка опустела, но заполнить её синтетическими аналогами амфиболового асбеста было невозможно из-за их высокой себестоимости и сниженному по сравнению с оригиналом набору полезных свойств. Эту лакуну должны были заполнить канадский, бразильский и российский хризотил… И тут страны G7 решили запретить вообще все виды асбеста, чтобы не отдавать прибыли. Им удалось лишить Канаду производства хризотила и почти уничтожить его в Бразилии, в то время как Россия счастливо избегла этой судьбы. Частично помогла уже сформировавшаяся настороженность по отношению к «партнерам», не давшая провести поспешные реформы.
Сегодня именно наша страна снабжает Китай, Индию, Индонезию, Вьетнам, Шри-Ланку и многие другие страны доступным сырьем для массового производства кровельных материалов, водопроводных и канализационных труб, теплоизоляционных материалов и многого другого на основе хризотилового волокна. В то же самое время страны ЕС не оставляют попытки выдавить конкурентов с рынка, опираясь на подконтрольные международные организации. И у них получается, если речь идет об отдельных странах — в 2005 году в Египте запретили производство хризотилцементных труб, остановив масштабную кампанию по строительству водопровода для удаленных поселений. У страны в том положении, надо признать, просто не было инструментов для сопротивления этому давлению. Именно поэтому БРИКС является важным международным инструментом, который обеспечивает консолидацию стран, в которых живет большинство населения мира.